Главная arrow Пресса arrow «Авангард в рамках приличий»
«Авангард в рамках приличий»
Журнал «Музыка и время», 4/2008 г.
Часть статьи о концерте в джаз-клубе «Союз Композиторов» под названием «Поиск и эксперименты» опубликована в феврале 2008 г. на www.cultradio.ru
Ирина Северина

 
Авангард в раках приличий
 
Концерт Алексея Круглова и его «Круглого Бенда» прошел 13 февраля в московском джазовом клубе «Союз композиторов». Алексей Круглов считает себя, прежде всего, авангардным музыкантом, хотя вот уже несколько лет он работает в камерном джаз-ансамбле (сокращенно «Каданс») Германа Лукьянова, который не отличается особой радикальностью. Как и Герман Лукьянов, Алексей Круглов – мультиинструменталист. Накануне он играл на нескольких инструментах, в том числе и довольно редких для джаза, таких как бассетгорн, блок-флейта, игрушечная труба, и, конечно же, на саксофонах...
 
...Сотрудничество с Германом Лукьяновым мало повлияло на Алексея Круглова. В душе он остается последователем Орнетта Коулмена и Джона Колтрейна – ярчайших представителей фри-джаза. А когда берет в руки игрушечную трубу, создается образ другого авангардиста в джазе – Дона Черри. В нынешнем составе «Круглого Бенда», помимо самого Алексея Круглова – его давний партнер по ансамблю и старый друг, пианист из Санкт-Петербурга Дмитрий Братухин. Временами он входил в роль еще одного авангардиста – Сесила Тейлора. Также в составе ансамбля Круглова – контрабасист Роман Бубнов и барабанщик Павел Тимофеев...
 
...В тот вечер звучала довольно умеренная программа. Музыканты импровизировали на темы не только джазовые, но и, например, Георгия Свиридова. Остальные больше соответствовали выбранному импровизационному стилю. Это темы Орнетта Коулмена, Эрика Долфи (еще одного джазового музыканта, близкого эстетике Алексея Круглова, тоже, кстати, мультиинструменталиста) и самого лидера «Круглого Бенда». Что-то звучало более авангардно, что-то менее, но в целом не было чего-то такого, что принципиально бы выделялось, было бы принципиально новым. К тому же для стиля Алексея Круглова очень характерны довольно протяженные мелодии, которые по своей природе входят в некоторое противоречие с принципами авангардного джаза. Те минимальные новации, которые все-таки были, оказались либо очень умеренными, либо происходящими не из музыки, а из взаимодействиея со словом и, отчасти, из театра – как, например, в «Балладе о любви» из литературно-музыкального спектакля «Посмотрите... или четыре четверти пути», посвященного творчеству Владимира Высоцкого.К тому же для стиля Алексея Круглова очень характерны довольно протяженные мелодии, которые по своей природе входят в некоторое противоречие с принципами авангардного джаза и авангарда вообще. Скажем, в «Пьесе Беспокойства» (опять же посвыщенной Высоцкому и исполненной в честь его 70-летия со дня рождения) тема – мелодичная, нечто вроде знаменного распева, а развитие – в духе Джона Колтрейна, с «душераздирающими» криками на саксе.
 
Концерт, более прилиженный к стилистике фри-джаза, прошел 3 февраля в театральном зале Московского Международного Дома Музыки – в рамках лекции Алексея Козлова об Орнетте Коулмене и его окружении. Но и там в основном это был авангард в раках приличий, к которому мы уже успели привыкнуть. Или даже как бы изображение авангарда 60-х (в каком-то смысле это была илюстрация к лекции). Но были и самые неожиданные взаимодействия фри-джаза и, казалось бы, совершенно не стыкующихся с ним традиций – как в той же «Пьесе Беспокойства».
 
В главной композиции вечера – «Орнеттоколманиаде» (литературно-музыкальном попурри на темы Орнетта Коулмена) – явстевенно ощущались традиции бардовской песни, когда отец Алексея, Владимир Круглов, вставал из-за рояля и начинал играть на гитаре, декламируя: «Орнетт... Колмэн». Музыкальный ряд сопровождался стихами Алексея Круглова в духе Владимира Маяковского, в качестве чтеца выступал и сам автор. Нельзя сказать, что подобный синтез органичен – источники принадлежат к принципиально разным культурам, и даже в эпоху посмодерна, когда, казалось бы, можно все, их объединение кажется искусственным. Впрочем, в тот вечер исполнялась и одна из самых удачных композиций Алексей Круглова – «Перевоплощение» для саксофона соло. Это развернутая пьеса, которая оригинальна по материалу и органична по развитию, однако, думается, было бы намного эффектнее, если бы Алексей менял инструменты (он ведь мультиинструменталист!) – сама идея перевоплощения выглядела бы рельефнее. 
 

  • Фрагмент из рецензии Ирины Севериной к диску Германа Лукьянова «Черным по белому» – разбор автором соло Алексея Круглова в пьесе «Полет бекаса»
Журнал «Музыка и время», 3/2008 г.
 
Тема написана в стиле, в определенной мере приближающемся в бибопу 40-х: характерный быстрый темп, рваные мотивчики с паузами, наконец, мелодия, обыгрывающая гармонические тоны (хотя аккорды у Лукьянова, конечно, модернизированные). Показательно, что названия композиций Германа Лукьянова не бывают условными: если полет, значит, прочерченная звуковая траектория, которая легко прослушивается в партитуре.
 
Но импровизация на тему – совсем не в духе бибопа: в своем соло Алексей Круглов отходит от характерных особенностей ее мелодики, используя тему фрагментарно. Возможно, потому, что тема сложная, и, чтобы развивать ее органично, нужно быть самим Лукьяновым. Хотя, насколько мне известно, у Круглова изначально была другая задача, а именно: составить контраст основной теме. На деле реализация этой идеи вряд ли дотягивает до ощущения реального контраста и воспринимается как некая интермедия. Нельзя сказать, что соло оригинальное по материалу, индивидуальность солиста проявляется, скорее, в характере его импровизации.
 
 
 
Главная
Дискография
Проекты
Круглый Бенд
Сотрудничество
Алексей Круглов
Афиша
Новости
Пресса
Поиск
Фотографии
Контакты
Афиша
Аудио Видео
Пресс-релиз / Press release
Rambler's Top100 Вознесенская церковь на Городке